Судебная система Ленинградской области в годы Великой Отечественной Войны.

Заключение двух советско-германских договоров, подписанных в августе и сентябре 1939 г., и начало боевых действий между Германией, с одной стороны, и Англией и Францией — с другой, отнюдь не означало, что Гитлер отказался от своей основной идеи — покорения Советского Союза, отторжения от нашей страны огромных территорий и превращения всего населения СССР в рабов Третьего («Тысячелетнего») рейха. Для подготовки к войне с Советским Союзом Гитлеру нужна была промышленная и мобилизационная база всей Европы. За 1939-1941 гг. он успешно решил эту задачу.

К 22 июня 1941 г. в континентальной Европе не осталось ни одной страны, которая не находилась бы в зависимости от нацистской Германии. Гитлеру силой, хитростью и обманом удалось мобилизовать для войны с Советским Союзом экономическую мощь этих стран, и даже нейтральные Швейцария и Швеция с экономической точки зрения работали в интересах фашистской Германии. Добавим к этому боевой опыт германских армии, флота, авиации и разведки. Огромная Ленинградская область (до войны в нее входили нынешние новгородские и псковские земли) интересовала нацистов лишь как «Ингерманландия» (историческая область на северо-западе современной России - владение Швеции эпохи великодержавия, существовавшее на основе Плюсского перемирия с 1583 по 1595 г.), будущая зона немецкой колонизации. Соответственно, по плану «Ольденбург» советские города, предприятия и жители обрекались на уничтожение и вымирание.

За время оккупации Ленинградской области оккупанты почти полностью разрушили 20 городов и 3 135 деревень, население области сократилось на две трети. В большинстве случаев гибли старики, женщины и дети. По неполным данным Чрезвычайной государственной комиссии было убито 52 355 мирных граждан, под угрозой расстрела насильно угнаны в немецкое рабство 404 230 чел. (далеко не все пережили войну), в лагерях для военнопленных были заморены голодом и убиты 668 470 красноармейцев.

Кроме того, нацисты маскировали свои преступления, поэтому судебно-медицинский эксперт Ленинградского военного округа А. П. Владимирский считал, что «небоевых» смертей намного больше — до полумиллиона жертв (погибших в больницах, отравленных и т. д.).

Оккупация Ленинградской области началась 5 июля 1941 г., когда немецкие войска взяли под контроль г. Остров в Псковской области. С того момента они стали активно продвигаться на восток к Ленинграду и к октябрю уже оккупировали значительную часть территории Ленинградской области, отрезав важные коммуникации для Ленинграда.

В середине июля в бой вступили финские войска и к началу сентября на 2 года и 10 месяцев вернули себе территорию на Карельском перешейке, которую потеряли после Советско-финляндской войны 1939-1940 гг., а в октябре граница фронта прошла по реке Свирь на северо-востоке области. Ленинград и несколько районов области оказались в блокаде.

К ноябрю 1941 г. свободными от оккупации оставались только 9 районов Ленинградской области: Боровичский, Ефимовский, Капшинский, Любытинский, Мошенский, Окуловский, Опеченский, Пестовский и Хвойнинский. К февралю 1942 г. их стало 15 благодаря контрнаступлению советских войск под Тихвином, которое состоялось зимой 1941-1942 гг. Были освобождены Волховский, Дрегельский, Киришский, Маловишерский, Полавский, Тихвинский районы.

Неоккупированные районы региона сыграли весьма важную роль в обороне Ленинграда и снятии блокады. Весьма весомый вклад в это дело вложили Ленинградский областной суд и районные суды области, которые наряду с правоохранительными органами обеспечивали правопорядок и трудовую дисциплину.

Известно, что война требует от людей предельного напряжения духовных и физических сил — подвига. Однако в тяжелейших экстремальных условиях обнажаются и низменные черты, проявляющиеся в виде небывалого всплеска преступности.

В условиях войны, чтобы победить врага и обуздать преступность, государство вынуждено было принимать и соответствующие строгие законы, которые в настоящее время кажутся жестокими и несправедливыми.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 22 июня 1941 г. «О военном положении» определялось: «Военное положение в соответствии со ст. 49 п. «п» Конституции СССР объявляется в отдельных местностях или по всему СССР в интересах обороны СССР и для обеспечения общественного порядка и государственной безопасности. В местностях, объявленных на военном положении, все функции государственной власти в области обороны, обеспечения общественного порядка и государственной безопасности принадлежат военным советам фронтов, армий, военных округов, а там, где нет военных советов, - высшему командованию войсковых соединений. За неподчинение распоряжениям и приказам военных властей, а также за преступления, совершенные в местностях, объявленных на военном положении, виновные подлежат ответственности по законам военного времени. В изъятие из действующих правил о рассмотрении судами уголовных дел в местностях, объявленных на военном положении, все дела о преступлениях, направленных против обороны, общественного порядка и государственной безопасности, были переданы на рассмотрение военных трибуналов. Приговоры военных трибуналов кассационному обжалованию не подлежали и могли быть отменены или изменены лишь в порядке надзора». 

Этим же Указом было введено Положение о военных трибуналах в местностях, объявленных на военном положении, и в районах военных действий.

В этих местностях народные и областные суды преобразовывались в военные трибуналы.

На этом основании 22 июня 1941 г. суд Ленинградской области, городской суд Ленинграда и районные народные суды области и города были переименованы в военные трибуналы и на основании Постановления Военного совета Ленинградского фронта от 4 декабря 1941 г. № 00441 организационно вошли в состав Военного трибунала Ленинградского фронта в качестве нижестоящих поднадзорных судов.

Поэтому в суде Ленинградской области и города Ленинграда были ликвидированы коллегии по кассационному рассмотрению уголовных и гражданских дел; они фактически действовали как суды первой инстанции, а все контрольные функции по проверке его приговоров и решений были переданы Военному трибуналу Ленинградского фронта.

Также были переименованы в военные трибуналы и включены в состав Военного трибунала Ленинградского фронта (далее — Ленфронта) линейные и транспортные суды Октябрьской и Ленинградской железной дороги и Балтийского бассейна.

Вплоть до полного снятия блокады Ленинграда и освобождения от захватчиков Ленинградской области территориальные и линейные военные трибуналы находились в надзорном подчинении Военного трибунала Ленфронта.

Трибунал фронта размещался вместе со штабом фронта в центре города — на улице Герцена, д. 1. Личный состав находился на казарменном положении, работали и спали в тех же помещениях. Температура зимой в комнатах доходила до минус 4-8 градусов. Некоторых работников военных трибуналов зимой 1941-1942 гг. из-за истощения приходилось освобождать от работы для восстановления сил, помещать в госпиталь, часть из них стали жертвами голода. В декабре 1941 г. были случаи, когда и обвиняемые, и конвоиры, обессиленные голодом, падали по дороге, и их приходилось вместе отправлять в госпиталь.

В соответствии со ст. 9 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 22 июня

1941 г. «О военном положении» и ст. 14-16 утвержденного в тот же день «Положения о военных трибуналах, действующих в местностях, объявленных на военном положении, и в районах военных действий» приговоры военных трибуналов, действовавших в этих местностях и районах, кассационному обжалованию не подлежали и вступали в законную силу с момента их провозглашения. Эти приговоры могли быть изменены или отменены только в порядке надзора. Однако указ не ограничивал право граждан на кассационное обжалование судебных решений по гражданским делам. По этой категории дел судом кассационной инстанции выступал Военный трибунал Ленинградского фронта.

Устранение кассационного обжалования приговоров потребовало компенсировать в определенной мере институт кассации усилением надзора за судебной деятельностью военных трибуналов.

Новый порядок осуществления надзора Военным трибуналом Ленфронта дал положительные результаты и позволил быстро исправлять неправосудные приговоры и ошибки, допускавшиеся нижестоящими трибуналами и органами следствия.

Проверяя правильность назначенного нижестоящими судами наказания, военный трибунал фронта помимо конкретных обстоятельств дела учитывал и ту обстановку, в которой было совершено преступление.

С этого времени в практике Военного трибунала Ленинградского фронта большое место занимает надзорная работа, объем которой еще более возрос в связи с осуществлением контроля над делами, рассмотренными военными трибуналами войск НКВД, железной дороги, Балтийского бассейна и трибуналами Ленинградской области и города Ленинграда. Эти трибуналы давали огромное количество дел - более половины от рассмотренных Военным трибуналом Ленфронта в порядке надзора за период с 1942 по 1944 г.

Сама роль Военного трибунала Ленинградского фронта в надзорной работе очень велика и была исключительно важной. Это необходимо для того, чтобы понять, какой огромный груз работы по рассмотрению дел лег на плечи судей Военного трибунала Ленинградского фронта (всего 13 судей).

Согласно ст. 413 УПК РСФСР 1923 г. основаниями к принесению протеста в порядке надзора являлись те же обстоятельства, что и для внесения кассационного протеста: недостаточность и неправильность проведенного следствия, существенное нарушение форм судопроизводства, нарушение или неправильное применение закона, явная несправедливость приговора. При обнаружении иных ошибок в случае оставления приговора в силе в нижестоящие военные трибуналы направлялись письменные замечания, которые обобщались и обсуждались на совещаниях судей в военном трибунале фронта, а затем анализировались в обзорах судебной практики.

Используя предоставленные законом надзорные права, военный трибунал Ленинградского фронта вносил существенные изменения в решения нижестоящих судов, а при наличии к тому оснований полностью отменял приговоры с прекращением производства по делу.

Не единичны были также случаи направления дел на доследование. Ведя борьбу за повышение качества предварительного и судебного следствия, трибунал фронта, несмотря на трудности военного времени, требовал от органов следствия и судей полного и исчерпывающего исследования всех обстоятельств дела без допущения какого-либо процессуального упрощенчества.

Из-за нарушения закона, в том числе процессуальных норм, некоторые дела после отмены приговоров направлялись на повторное судебное рассмотрение, а в отдельных случаях в адрес судей выносились частные определения. Так, дело К. было направлено на новое судебное рассмотрение в один из трибуналов Ленинградской области, поскольку в качестве народного заседателя был привлечен Н., ранее принимавший участие по данному делу в качестве судебно-медицинского эксперта.

Большинство корректив, внесенных в судебную практику в порядке надзора, касалось трибуналов города Ленинграда и военных трибуналов войск НКВД. Однако значительные изменения были внесены и в приговоры армейских военных трибуналов, исчислять стабильность которых в зависимости от произведенных изменений и отмен, выраженных этими данными, чрезвычайно сложно. Наиболее точные данные по отдельным кварталам показывают, что от 6 до 13 % приговоров изменялись в порядке надзора, и это сыграло важную роль в направлении и улучшении судебной работы в военных трибуналах Ленинградского фронта.

Последней надзорной инстанцией являлся Верховный Суд СССР, которым за военный период было рассмотрено большое количество дел и других материалов в отношении приговоренных к расстрелу. По этим делам Военной коллегией Верховного Суда СССР приняты следующие решения. Приговоры утверждены в отношении 35 % приговоренных к расстрелу; высшая мера наказания заменена лишением свободы в отношении 61,8% приговоренных к расстрелу; приговоры отменены с передачей дел на доследование — 1,7 %; дела прекращены — 0,6 %.

Таким образом, надзорная судебная работа была направлена не только на обеспечение законности при осуществлении правосудия, но и на смягчение судебной репрессии.

Подсудность уголовных дел была определена следующим образом. Все дела в отношении военнослужащих, совершивших воинские, контрреволюционные и общеуголовные преступления, рассматривались военными трибуналами фронта, армий, корпусов и дивизий. Дела о контрреволюционных преступлениях, совершенных гражданским населением, были также подсудны военным трибуналам фронта, воинских объединений и соединений, а общеуголовных - военным трибуналам Ленобласти и Ленинграда. Однако наиболее резонансные уголовные дела в отношении цивильного населения, такие как квалифицированные убийства, разбои и бандитизм, рассматривал Военный трибунал Ленфронта. 

Из научной монографии

«Ленинградский областной суд: 100 лет служению правосудию», стр. 62-67.

Под общ. редакцией Я.Б. Жолобова,  Г.В. Перфильева

СПб,: Астерион,2022